Кошки

Кот и кошка

   карта сайта    Кот и кошка На главную  /  Книги  /  ИнтерКыся. Дорога к "звездам"  /  part63 Реклама на сайте
 

* * *

В порту у причала не было ни одного русского судна. Стоял какой-то пароход, но Митя сказал, что это "чухонец". Так у нас в Питере называют финнов.
- Наверное, Рудик в море, - расстроился я. - Плывет, наверное, сейчас, толстожопый, и страсбургский паштет трескает со своим подонком Барменом!..
Митя почувствовал мое состояние и так успокоительно говорит:
- Что, на твоем Рудике свет клином сошелся? Во-первых, я могу кое-чего совершенно официально узнать, а во-вторых, сам оглянись, пошуруй глазками - нет ли какого другого местного Кота или Кошки? Их порасспрашивай...
И я оглянулся вокруг. И точно! Смотрю, так деловито и безбоязненно какая-то жутко грязная, тощая и клочкастая Кошка чешет! Явно - местная, портовая. Но уж такая замызганная!.. Прямо какая-то АнтиКошка! Я б такую даже на необитаемом острове не стал бы...
Ну как можно так не следить за собой?! Поразительно! Тем более в таком месте, как пассажирский порт Санкт-Петербурга. Морские ворота России, можно сказать! Вот по такой Кошке-грязнуле любой вшивый иностранец будет судить обо всей нашей стране...
Но я превозмог свою брезгливость, догнал ее, а она, дура, сразу спину выгнула, уши прижала и свои грязные клыки мне показывает! Будто я собираюсь ее насиловать...
- Ладно тебе, - говорю. - Не скалься. Ты местная?
- А что? - говорит, но уши не поднимает и спину не выпрямляет.
- Ты здесь такого кота - Рудольфа - не знаешь? Толстый такой, пушистый... В Германию со своим Барменом плавает. Может, встречала?
- Может, и встречала, - говорит эта портовая курва. - А тебе зачем?
- Друг я его, - говорю, - повидать хотел, покалякать...
Она посмотрела на меня так подозрительно и спрашивает:
- Ты - Кыся, что ли?
- Кыся... - говорю.
А сам думаю: "Ни хрена себе, как я популярен?! Ну, в Мюнхене - оно понятно: телевидение, газеты, фамилия фон Тифенбах... А здесь-то, в Питере, с каких дел?!"
- Иди за мной, - говорит эта грязнуха.
Привела она меня в какой-то теплый подвал - там поверху толщенные трубы шли. От них все тепло и было. И повела меня в самый конец подвала, к грязному маленькому окошечку.
Чувствую - Котом пахнет! И Котятами. И пылью. И еще чем-то...
Пригляделся, в тусклом свете крохотного окошка действительно Кот сидит. Худющий - прямо скелет один с хвостом и усами! От недоедания - шерсть без блеска, но лапы жилистые, мускулистые.
А вокруг него четверо тощеньких Котят играют, напрыгивают на него, за облезлый хвост его таскают.
Меня Кот не видит, я в полоску света не попадаю, но и не чувствует, вот что странно!
- Достала что-нибудь? - спрашивает Кот Кошку.
- Нет, - говорит Кошка. - Любка-буфетчица на склад поехала товар получать, буфет закрыла. Потом, попозже, сбегаю еще разок...
- Ох-хо-хо... - горестно так вздыхает Кот и с жалостью оглядывает Котят.
А вокруг - нищета беспросветная! Подвал моего бесхвостого кореша Кота-Бродяги по сравнению с этим подвалом - просто Дворец роскоши и изобилия!
Я жду в полутьме. Что тут скажешь?.. И вдруг эта грязнуха Кошка говорит:
- Рудольф! А к тебе твой друг явился, не запылился. Кыся твой разлюбезный...
Гляжу - батюшки, да ведь этот скелет с хвостом и ушами и впрямь - Рудольф!..
- Рудик... - говорю я растерянно. - Это я - Кыся.

* * *

... На третий день после того, как мы с Водилой съехали с корабля в Киле, и после того, что с нами случилось по дороге в Мюнхен, когда пароходу оставалось всего несколько часов ходу до Санкт-Петербурга, ночью в закрывшийся уже бар вошли двое бычков - один русский и один немец и сказали Бармену, что "товар" погиб под Мюнхеном. Поэтому Бармену тоже нечего делать на этом свете, и на глазах ошалевшего от ужаса Рудольфа в упор расстреляли Бармена из своих длинных и тихих пистолетов.
Заперли бар изнутри и взломали все, что можно было взломать. Искали деньги и какие-то бумаги. Бумаги нашли и тут же их сожгли. А деньги - только двухсуточную выручку бара. И все.
Так и не купил Бармен домик на юге Франции. Лежат теперь его три миллиона долларов где-то без малейшего движения и пользы...
- Жадность фраера сгубила! - желчно вставила Кошка.
Наутро, уже в петербургском порту, был страшный шухер! Народу понаехало - из бывшего КаГэБэ, из милиции!.. Ходят по бару, прилипают подошвами к полузастывшим кровавым лужам, фотографируют, записывают, всех допрашивают, обыскивают...
Перепуг на судне - ужаснейший! Все же контрабанду везут - и командный состав, и рядовые матросики... А ну как найдут и с корабля спишут?! Как жить тогда?..
Рудольф не стал дожидаться, пока и его за жопу возьмут, и смылился с судна. Но так как города не знал (практически уже сколько лет на берег не сходил!..), то так и остался жить в порту.
Хорошо вот Кошка Маня взяла его к себе... Теперь вот Котята у них. Живут, перебиваются. Маня жратву достает, Рудик Котят воспитывает...
- Погоди, Рудик! - сказал я ему. - Я сейчас вернусь...
Пулей промчался по подвалу на выход, рванул за рекордное время к нашей черной "Волге", говорю Мите:
- У тебя деньги есть?
- Есть, - говорит Митя. - Сколько тебе?
- Мне-то они на кой?! - говорю. - Ты смотайся в лавочку, купи сосисок, рыбки какой-нибудь и молока побольше. А потом скажешь Пилипенко, что на меня истратил. Он тебе эти деньги отдаст. Так в контракте оговорено...
- В гробу я видал этого Пилипенко! Жди! - Митя сел за руль, завел машину и рванул с места.
Вернулся минут через десять с огромным пластиковым пакетом. Выскочил из "Волги", спрашивает:
- Куда нести?
- За мной, - говорю. - Сейчас я тебя с одним Котом познакомлю. Я с ним вместе из России в Германию плыл...
Маня увидела, что принес Митя, и даже заплакала! Давай кормить Котят сосисками и молоком, сама стала приводить себя в порядок, умываться взялась, прилизываться.
Митя ей помогает с Котятами управиться, мы с Рудиком беседуем. Рассказал я ему вкратце свою историю и говорю:
- Теперь мне в Америку надо, Рудик. В город Нью-Йорк.
- Задачка, - говорит Рудик. - От нас из пассажирского порта в Америку никто не ходит. Только из торгового - за зерном. Но условия там, конечно, не такие. Попроще.
- Черт с ними, с условиями, - говорю. - Как туда попасть?
- Я ж и говорю - задачка. Торговый порт - это у черта на куличках! Через весь город...
- Ничего, - говорю. - У нас с Митей машина есть.
Раньше бы точно не удержался, сказал бы - черная "Волга"! А теперь, наездившись на "вольво", "опеле", на "роллс-ройсе", "мерседесе" и "чероки", даже и не заикнулся. Сказал просто - "машина", и все.
- Тогда-то - запросто! - говорит Рудик. - То есть, конечно, не запросто, там еще нужно одного типа отловить и уговорить. От него в том торговом порту очень многое зависит. Он и судно может хорошее подобрать, и капитана приличного, и команду - не хамскую.
И рассказал мне Рудольф, что в торговом порту есть один Кот - без имени, который все и всех знает, крутит свои дела, как хочет, но в лапу берет со страшной силой, а без этого даже усом не шевельнет.
А так как он, страшное дело, как упакован и избалован, то с чем к нему соваться - Рудольф понятия не имеет. На что он клюнет - неизвестно...
Тут Кошка Маня возьми да и подскажи:
- Я помню, ему кто-то теплую попонку на зиму из Норвегии привез, так он из этой попонки до августа месяца не вылезал. Уже вся пропотевшая была, вонючая, а он все в ней выпендривался. Пижон, каких свет не видывал!.. И взяточник.
Как только Маня это сказала, так я сразу понял - я уже одной лапой в Америке!
- Поехали! - говорю. - Все поехали! Котят берите тоже. Мы вас обратно привезем в лучшем виде, а Котятам проехаться в автомобиле - одно удовольствие. Не возражаешь, Митя?
- Ноу проблем, ребята! - отвечает Митя. - Вперед!!!

Читать дальше >>

1   2   3  4   5  6  7  8   9  10  11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30
  31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60
  61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89






Доноры - детям

Портал для пиарщиков и журналистов





 

    Rambler's Top100